Дни шли. Страх Лагдалены превратился в беспросветное отчаяние. Она никогда не знала, что случиться с ней, вокруг неё в следующую секунду. Жизнь в огромном коттедже текла в непонятном и неподвластном для девушки ритме. Она не была частью этой жизни и поэтому могла быть безжалостно выпихнута из неё каждое мгновение, или просто забыта, или… О том, что могло быть ещё не хотелось и думать. Она по-прежнему жила в комнате Кеманорэль. Впрочем, за прошедшие дни Лагдалене пришлось выходить оттуда всего пару раз. Всё остальное время она была заперта в комнате. На правах кого? Этого ей пока так и не удалось понять. Спала Лагдалена на маленьком обитом разноцветным шёлком диванчике. В первую ночь Кеманорэль заставила пленницу лечь в свою кровать. Но уже со следующего дня перестала обращать на девушку внимание, ни больше, чем на любой другой предмет интерьера, и Лагдалена предпочла перебраться на диванчик в углу комнаты. Больше всего она чувствовала себя болонкой, маленькой комнатной собачкой, которую исправно кормят, поят и держат для услады глаз. Своего предназначения как «агента Алары» она не понимала вовсе. Ведь ни Кеманорэль, ни её мать ни чуть не интересовались девушкой.
Но хуже всего было другое. Её не томили одиночеством. Напротив. Каждый день в комнату Кеманорэль приходили люди. Но приносили они с собой по большей части лишь новые капли отчаяния в и без того до краёв заполненный сосуд души Лагдалены.
Самым ужасным посетителем был Лиан. Охранник настойчиво пытался добиться благосклонности со стороны молодой красивой девушки. Брать силой он её боялся. Но приставания были нескончаемы. На равнее с Лианом Лагдалену донимала маленькая пышногрудая служанка, приносившая в комнату еду. Каждый раз она подолгу задерживалась и рассказывала Лагдалене о любовных похождениях Кеманорэль, и о том, какая новая игрушка хозяйки никчёмная, раз она даже не разу не переспала с ней.
Кульминацией этого столкновения стал вечер, когда Аманда – так звали дерзкую служанку – принесла ужин в комнату Кеманорэль в присутствии самой хозяйки. Лагдалена сидела на воём диванчике и листала какой-то журнал, принесённый Кеманорэль. Аманда расставила тарелки на столе и уже собиралась уйти ,когда Кеманорэль, сидевшая скрестив ноги на кровати и что-то читающая в ноутбуке, вдруг окликнула служанку:
-Аманда, так кажется? Подойди!
-Да, госпожа. – безропотно подчинилась девушка.
Когда Аманда оказалась около кровати, Кеманорэль в одно мгновение проворно вскочила на ноги и схватив, бросила служанку на кровать. Не дав той опомниться, хозяйка прижала девушку своим телом к постели и заткнула рот глубоким жёстким поцелуем. Аманда обмякла, её руки крепко обвили талию Кеманорэль. Но та вдруг освободилась от объятий, приподнялась и одним сильным движением перевернула любовницу на живот. Ловкие пальцы Кеманорэль сдёрнули ужё расстёгнутую блузку служанки, она ласково провела ладонями по обнажённой спине и вдруг глубоко вдавив ногти в нежную кожу резко прочертила десять красных дорожек. Аманда приглушённо вскрикнув впилась скрюченными пальцами в скомканное одеяло. Кеманорэль похотливо облизнув губы принялась покрывать исцарапанную спину быстрыми лёгкими поцелуями. Её любовница коротко застонав, попыталась перевернуться. Кеманорэль села на кровать. Аманда стянула с себя юбочку вместе с трусиками и принялась за хозяйку… Вскоре её губы покрывали горячими поцелуями обнажённое тело Кеманорэль спускаясь всё ниже, к плоскому животу, стройным бёдрам, призывно раздвинутым ножкам…

…Лагдалена только сейчас вспомнила, что надо дышать. Она разжала зубы, отпуская прикушенную губу, на которой тут же проступили капли крови. Глухо вскрикнув как раненый зверёк, Лагдалена метнулась к двери. Она бежала по незнакомым коридорам, даже не задумываясь об охране и о том, что её каждое мгновение могут остановить и вернуть обратно, туда, в эту душную комнату, туда, где происходит… Нет! Она не могла думать об этом. Всё её существо рвалось на свободу, просто вздохнуть чистого воздуха, там, на улице… Пленница не поняла, как оказалась в громадном холле, она кинулась к входной двери и та, как ни странно, не была заперта…
Дождь… Холодный мартовский дождь…
Отбежав несколько шагов от крыльца она упала на мёртвую прошлогоднюю траву. Её тело сразу впитало холод всё ещё насквозь промёрзшей земли. Она подняла голову и посмотрела на низкое чёрное со свинцовым отливом небо. Даже луна не могла пробиться сквозь плотно сомкнутые тяжёлые тучи. Дождь безжалостно хлестал беспомощно сгорбленную фигуру в грязи, смывая с её лица горячие капли слёз и кровь из прокушенной губы… Откуда эти слёзы? Выплеск удушающего отчаяния…
Она же знала об этом… Ей уже всё дано рассказали… Та же Аманда... Но видеть..!
Кеманорэль… За прошедшие недели одиночества, страха и беспросветного отчаяния эта странная девушка с аквамариновыми глазами стала для неё самым близким человеком в её маленьком разрушающимся мирке. Здесь везде она натыкалась лишь на недоброжелательные взгляды, похотливо тянущиеся руки… Кеманорэль ни чуть не поддерживала свою пленницу. Но то спокойствие и сила, сквозившие во всех её движениях, давали Лагдалене хоть какую-то уверенность в завтрашнем дне. Пока она была с Кеманорэль девушка была недосягаема.
И только сейчас Лагдалена поняла в какую бездну разврата и грязи попала. Но было ещё что-то. Нет, ревностью это назвать было нельзя. Как можно ревновать врага? Но слова о её собственной ничтожности и никчёмности… Страшно было признаться даже самой себе, но посреди этого моря отчаянья, боли и страха, ей хотелось бы, чтобы эти аквамариновые глаза зажглись таким же яростным огнём при взгляде на неё, Лагдалену…
Она крепко зажмурила глаза и жалобно вскрикнув уткнулась лицом в грязную жухлую траву, пытаясь подавить рвущиеся наружу слёзы…


… За много километров оттуда высокий молодой человек в расстёгнутом пальто медленно шёл по скользкому сырому перрону.
-Нет!.. – он услышал захлёбывающийся женский крик… или ему показалось?
Гакт медленно поднял голову и замер, позволяя мелким колючим каплям дождя касаться раскрасневшихся щёк, приоткрытых губ…
Он не знал, сколько так простоял, но когда вновь открыл глаза, дождь усилился, а какой-то мальчик – попрошайка, униженно заглядывая в глаза, клянчил монетку. Гакт сунул в грязную ладошку хрустящую бумажку и, взлохматив слипшиеся от дождя светлые волосы, зашёл в вагон подошедшего поезда…
А в голове вертелось странное имя – КЕМАНОРЭЛЬ…